Лисица-блядь, спускаясь к водопою,
Похмелье снять, пизденку искупать,
Увидела бобра, он тайною тропою
К оврагу брел, чтобы себя ебать.
Тут рыжая зашлепала губами:
«Пойдем бобер со мной в кусты,
Давно не трахалась с бобрами,
Тем более с таким, как ты…»
«Иди-ка на хуй ты, пизда кривая,
Не знаешь разве: я - гермафродит».
И покатился в близлежащий ров,
Но вскоре вышел, а за ним бобренок.
Пополнилась семейственность бобров,
На славу выебся ребенок.
Мораль одну лишь мысль родит:
Коль были б все как тот бобер-гермафродит,
То на хуя нужны и бабы,
От них болезни получать,
Когда себя можно ебать
Без всякой суеты и брани,
Блаженно, лежа на диване.
Похмелье снять, пизденку искупать,
Увидела бобра, он тайною тропою
К оврагу брел, чтобы себя ебать.
Тут рыжая зашлепала губами:
«Пойдем бобер со мной в кусты,
Давно не трахалась с бобрами,
Тем более с таким, как ты…»
«Иди-ка на хуй ты, пизда кривая,
Не знаешь разве: я - гермафродит».
И покатился в близлежащий ров,
Но вскоре вышел, а за ним бобренок.
Пополнилась семейственность бобров,
На славу выебся ребенок.
Мораль одну лишь мысль родит:
Коль были б все как тот бобер-гермафродит,
То на хуя нужны и бабы,
От них болезни получать,
Когда себя можно ебать
Без всякой суеты и брани,
Блаженно, лежа на диване.

